С лопатой наперевес
Глобальное потепление мирового климата грозит новым всемирным потопом. Кто знает, может быть, в обозримом будущем многие привычные места обитания превратятся в непроходимые болота, непригодные для людей. Напротив, Арктика и Антарктида, ныне покрытые вечными льдами, могут стать комфортными для жизни. Какие инструменты и как помогают полярникам осваивать эти суровые регионы уже сегодня? Соображениями на основе богатого личного опыта делятся помощники известного полярника-исследователя, депутата Государственной Думы А.Н. Чилингарова – Павел СЕЛЕЗНЕВ и Владимир СКОРОПУПОВ.
ТАЙНА ДВУХ ПОЛЮСОВ
Арктика и Антарктика, Северный и Южный полюсы нашей планеты – не просто романтические символы, которые из века в век влекли отважных путешественников и ученых. В марте 2009 года завершился III Международный полярный год (2007/2008 гг.), проведенный по инициативе России, в мероприятиях которого приняли участие более 60 стран. На повестке дня проведение декады – десятилетия международного сотрудничества в освоении Арктики и Антарктиды. Полярные территории – неразведанные и неразработанные месторождения полезных ископаемых, возобновляемые биоресурсы моря, новые транспортные маршруты, и, конечно, неисчерпаемый кладезь тайн природы, важных научных открытий, полигон для разработки новых технологий. «Сферы интересов» геологов и биологов, океанографов, метеорологов, военных, полярной авиации, моряков и даже туристических агентств, что сулят экстремалам эксклюзивные впечатления за весьма приличные деньги.
Антарктида пока земля «ничейная», осваивают ее многие страны, стараются не отставать друг от друга. На покрытом вечным льдом континенте на одного обитателя приходится территория размером с Бельгию. Сотрудничество стран в научной области многопланово. Но вдруг завтра наступит время «дележки»?
Российские моряки в Антарктиду, как и их коллеги-космонавты на Международную космическую станцию, готовы за деньги подвозить иностранные грузы. В Северном Ледовитом океане исследователи из США установили с борта российского «Академика Федорова» шесть автоматических автономных дрейфующих систем.
В окрестностях Северного полюса российское присутствие куда как более заметно. Известен афоризм: если сравнивать нашу страну со зданием, получается, что фасад выходит на Северный ледовитый океан. В силу чисто географических факторов в этом регионе планеты у России самая протяженная граница. Российские полярники не могут простить продажи Аляски, откуда теперь США составляют конкуренцию в освоении Севера.
ЗАТЯНУВШАЯСЯ ПАУЗА
В США полярниками верховодят военные с соответствующим бюджетом: только в станцию «Амундсен-Скотт» в Антарктиде вложили более $ 300 млн. В России полярные исследования в настоящее время проводятся Министерством природных ресурсов, в состав которого входит Федеральная служба по гидрометеорологии и охране окружающей среды (Росгидромет). Нечастый пример нового капитального строительства в той же Антарктиде – сооружение нового зимовочного комплекса на станции «Прогресс».
Проекту служебно-жилого комплекса и снежно-ледовой посадочной полосы, разработанному проектным институтом «Ленаэропроект», оказалось получить одобрение государственной экспертизы проще, чем бюджетное Н Е финансирование. Поэтому, хотя наши соотечественники удерживают мировое лидерство в исследовании и освоении Северного Ледовитого океана, разрыв с другими странами постепенно сокращается.
Увы, многие объекты, выстроенные еще при СССР, из-за недофинансирования и падения престижа профессии полярника в 1990-е годы опустели. Пауза в освоении Крайнего Севера досадно затянулась. Пример – судьба поселка городского типа Тикси, расположенного на севере Якутии близ устья реки Лены, на берегу одноименной бухты моря Лаптевых. Город-порт, в том числе с аэропортом международного ранга, был выстроен на базе основанной в 1932 году полярной станции и созданной в 1957году Полярной геокосмофизической обсерватории.
Полярники-ветераны считают, что в начале 1980-х жили в Тикси «как при коммунизме»: не отказывали себе ни в творческом развитии, ни в потребительских удовольствиях. Помимо щедрого государственного финансирования выполняемых программ и высокого престижа профессии, действовали повышающие «северные коэффициенты» заработных плат. Некоторые ехали на Крайний Север просто хорошо заработать. На высшем уровне осуществлялось снабжение продовольствием, мясом, рыбой, икрой, овощами и фруктами, а также разнообразным ширпотребом самого широкого ассортимента. Работали рестораны, спортзалы, культурные объекты, клубы для детей, учебные учреждения и кружки самодеятельности. Сейчас можно сказать, что в те годы «новыми русскими» были шахтеры, жители «мандариновых» республик и полярники.
ЗАКАТ «ГОРОДА СОЛНЦА»
В советские времена, сокрушается Владимир Скоропупов, разрабатывались футуристические планы превращения Тикси в «Солнечный город» – оранжерею под куполом, теплый зеленый оазис среди суровых морозов, вечных льдов и снежных бурь Крайнего Севера. Былые планы сегодня кажутся несбыточной мечтой: многие многоквартирные дома стоят нежилыми и медленно разрушаются стихией. Тикси остается морскими воротами одного из труднодоступных участков Северного морского пути, но отыгрывать позиции и выходить на новые рубежи – непросто. Не намного лучше дела обстояли в Антарктиде. В 2003–2004 гг. Межведомственная инспекция Российских антарктических станций признала: состояние служебного и жилого фонда российских антарктических станций требует срочного капитального ремонта и модернизации, а в отдельных случаях – реконструкции. Особенно досадно, что требовалась лишь политическая воля и финансирование, а технические решения были известны.
Для возведения рабочих и жилых помещений станции, в которой полярникам предстоит зимовать – жить и работать, необходима быстрота. Раньше в основном разбивали палатки, но со временем, по мере появления новых строительных материалов, появились домики ПДКО. Это фактически усовершенствованные палатки. Аббревиатуру расшифровывают как «передвижные дома, комплексные, отапливаемые» или «полярный домик Канаки и Овчинникова». Называют их так в честь полярников, которые их разработали и сконструировали. Это сборные конструкции: рабочие, жилые и технические помещения, камбуз, столовая, энергетический блок для дизельного генератора, баня, туалет. Модульно-щитовое решение строительства помещений, вспоминает Павел Селезнев, также было опробовано и в Антарктиде при строительстве первой станции «Мирный» в 1956 году, а впоследствии, в 1980 году – при строительстве станции «Русская».
КОМФОРТ – НЕ ДОГМА
На «ледяном материке» условия еще более суровые, чем поблизости от Северного полюса: холод достигает почти 80 °С, скорость ветра на побережье до 250 км/час, солнечный ультрафиолет просто безжалостен. Ранее в Антарктике применялся «северный опыт»: собирались дома из стандартных щитовых блоков. Но Антарктида – материк, где сооружать необходимо не «времянки», а стационарные постройки, на выходах пород, или, как на станции «Восток», – прямо на шельфовом леднике, который достигает толщины 3,5 км.
Среди недавно построенных интересных объектов совместная французско-итальянская станция «Конкордия» на сваях и «экологичная» бельгийская «Принцесса Элизабет». Своими фантастическими очертаниями они напоминают приземлившиеся космические корабли высокоразвитых цивилизаций. Посещая иностранные полярные станции, россияне отмечали куда более высокий уровень бытовых удобств. Чилийцы, например, расселены в отдельных коттеджах с автономной инфраструктурой каждый. Богатые возможности для сибаритства были замечены у южнокорейских полярников. Стационарные полярные объекты дозволяют такое обременение комфортом.
Наши соотечественники куда более неприхотливы и больше привыкли работать в спартанских условиях, чем граждане других стран.
В Арктике, напротив, в основном полярные станции располагаются на дрейфующих льдах в Северном Ледовитом океане, и там мобильные модульные конструкции куда как более востребованы. Главный строительный элемент – панели 8–10 см толщиной, изготавливают из листов прочной 10 мм так называемой бак-фанеры размером 1,20 м на 2,40 м каждый, пропитанной специальным составом. В помещениях, собранных из панелей-«сандвичей», для обогрева хватает печки, работающей на обычной солярке. Дело в том, что в полярных широтах гораздо «теплее», чем на «полюсе холода» в Оймяконе, Верхоянске, где климат континентальный и морозы могут доходить до 70 °С. Горючее замерзает, голыми руками ничего не сделаешь, да и российский Трудовой кодекс не разрешает работать на открытом воздухе при таких низких температурах.
ИЗБУШКА НА ЛЬДИНЕ
На дрейфующих льдинах, как и на побережье, – незамерзшая морская вода, температура которой выше «нуля», «греет» воздух. Обычная для полярников температура вполне терпима – минус 25 °С, изредка опускается до – 40 °С. В солярку добавляют специальные «арктические» присадки, и топливо не сильно густеет на морозе до – 50 °С, и емкости можно хранить снаружи, просто вешать на домик, откуда оно по трубопроводу поступает прямо в печку.
Чтобы сберегать тепло, между наружным и внутренним листами раньше размещали пеньку, потом – минеральную вату, пенный утеплитель, поролон. Пенопласт быстро старел и рассыпался. Теперь появляются все новые теплоизоляционные материалы. Развитие технологий делает более комфортным и труд, и быт полярников. Прежде радиостанция напоминала размерами и весом большой шкаф, теперь – компактный чемоданчик. В часы досуга прежде слушали радио, теперь можно смотреть DVD-фильмы, спутниковое телевидение.
Сборочные панели производятся заранее, на Большой земле, компанией, расположенной неподалеку от Петербурга. Вскоре популярными стали сборно-щитовые конструкции из алюминиевых панелей с утеплителем, производимые в Подмосковье Прежде строительные материалы завозились самолетами и вертолетами, сейчас – судами. Пока идет рейс, не теряя времени, частичную сборку проводят на орту, чтобы на льдине выполнить заключительные операции. Производство безотходное, в дело идет даже тара.
Возводя полярную станцию, панели монтируют на сборный каркас, получаются модули. Несколько модулей, объединенных балками, скрепленными болтами и гайками, образуют помещения полярной станции на дрейфующей льдине. Получаются мобильные «домики на лыжах». Устанавливают их вместо фундамента хоть и не на «курьи ножки» – сваи, как в Антарктиде, но на полозья из бруса. Общий вес каждого «домика» составляет около 1200 кг, сопоставимо с легковым автомобилем. Важно, если вдруг по льдине прошла трещина, быстро разъединить строения и поочередно переместить на другое, безопасное место.
ЛЫЖИ ДЕРЖИ СМАЗАННЫМИ
Именно так, как поведал Павел Селезнев, пришлось поступить на дрейфующей станции «СП-19», которая располагалась на ледяном острове 5 на 12 км, толщиной до 28 м. Ледяной остров неожиданно налетел на подводную «банку», после чего пошла трещина, остров разломало. Модули при помощи трактора, а впоследствии вертолета, переместили в безопасное место. Сейчас такие крупные площадки найти трудно, возможно, из-за пресловутого глобального потепления, и дрейфующие станции размещают на льдинах размером 3 на 5 км, даже 1 на 2 км, бывает и меньше. В южных полярных морях на айсбергах не больно-то покатаешься, неизвестно, когда незаметно подтают и внезапно перевернутся. Строительные технологии лучше использовать проверенные и испытанные. Новые оказываются далеко не всегда лучше. На станции «СП-32» конструктивные недостатки сборных металлических домиков – подарка «инвестора» – едва не привели к роковым последствиям. Изготовители обещали, что экспериментальное жилье успешно прошло все проверки и будет надежным, теплым и уютным. Однако оказалось, что металлические конструкции очень неудобны в сборке. Хуже того: нагреваясь, они растапливали лед, в который потом намертво вмерзали при усилении мороза, лишаясь подвижности.
Весной 2004 года, когда льдина раскололась, перетащить злополучные новинки в безопасное место оказалось невозможно. При разломе льдины большая часть домиков и оборудования дрейфующей станции пошли на дно, в катаклизме уцелел лишь «традиционный» модуль ПДКО. В ходе спасательной операции, которой руководил Герой Советского Союза, депутат Государственной Думы России Артур Чилингаров, участников дрейфа успели эвакуировать накануне сильного шторма. В Антарктиду возводить стационарные станции прибывают бригады профессиональных строителей, которые умеют и привыкли работать в полярных условиях. Генеральным подрядчиком является ЗАО «НТК Аэротехнический центр», генеральным субподрядчиком – ЗАО «СМУ-2 треста 16». Одна из питерских фирм поставила и смонтировала недалеко от станции «Новолазаревская» два здания для обслуживания снежно-ледового аэродрома.
…И НЕПРЕМЕННАЯ ЛОПАТА
Напротив, на дрейфующих станциях российского севера, в Арктике, рабочие, жилые и подсобные модули полярники-исследователи собирают своими силами. Ученым и специалистам – метеорологам, океанологам, гидрологам, геофизикам, радиофизикам, врачу, повару, механику – приходится осваивать «смежные» рабочие профессии, учиться управляться с инструментом.
Дело не такое уж сложное, любой мужчина, который в школе посещал уроки труда и что-то делает по дому, может справиться. Никаких учебных курсов не проводится, обычно менее опытные учатся вприглядку у более мастеровитых коллег. Выгрузили сборные конструкции, собрали каркасы, как в игрушечном конструкторе, навесили панели, изготовили нары – и готово. Объемы работ на льдине не такие большие, работают все вместе, быстро и слаженно. Установить основные модули, достаточные для начала работы, успевают и «вручную». Потому у полярников в ходу в основном простой ручной инструмент.
Набор самый обычный и стандартный: отвертки, наборы гаечных ключей и головок, плоскогубцы – все, что есть в каждом гараже, ну еще молоток, ручная пила, дрель. И непременная лопата – откапываться, если занесет снегом. Конечно, работать автоматизированным инструментом удобнее, но бензиновый двигатель на морозе бывает проблематично запустить, для сетевых инструментов нужно обеспечить питание – заводить дизель, а аккумуляторы при низких температурах могут быстро разрядиться. Однако некоторые полярники, чтобы сэкономить и время, и силы, готовы рискнуть, и прихватывают c собой в экспедицию и шуруповерты, и цепные пилы. Основной объем строительно-монтажных работ на дрейфующей станции обычно приходится на конец летнего времени, когда совсем «тепло», 5–10°С. Цепная пила здорово помогает, например, когда надо напилить изо льда или плотного снега много прямоугольных блоков. Чтобы выложить защиту от сильного ветра, дополнительно утеплить помещение или построить ледник.
Раньше чаще всего брали отечественную бензопилу «Дружба», теперь на рынке появилось много подобной продукции различных фирм. Если строительные материалы по-прежнему отечественные, то инструменты чаще покупают иностранных производителей.
* * *
Освоение Крайнего Севера и Антарктиды стратегически перспективно, но строительство за Полярным кругом из-за низких температур и вечной мерзлоты – дело трудное и дорогое. Требуются особые строительные технологии, техника, инструменты и материалы. Это становится ясно на примере многочисленных трудностей, с которыми приходится сталкиваться полярникам-исследователям и успешно преодолевать их.