Король инструментов
Нож, безусловно, среди первых трудовых инструментов человечества занимает центральное место. Каменные ножи датируются эпохой палеолита, т.е. появились на свет аж пару миллионов лет тому назад.
О ножах упоминается еще в гомеровской «Илиаде». Генрих Шлиман (1822 – 1890 гг.), немецкий археолог-любитель, посвятивший жизнь доказательству реалистичности эпоса Гомера, нашел на месте античной Трои хорошо сохранившийся железный нож с рукояткой и кольцом для подвешивания на пояс. Долог список найденных археологами ножей.
Это каменные ножи VIII–VII веков до н.э., раскопанные в Луристане, на современной ирано-иракской границе. Каменные ножи из Северной Африки, датируемые серединой II тысячелетия до н.э. Ножи мексиканских ацтеков, сработанные из темно-зеленого или черного обсидиана, – камня вулканического происхождения, с рукоятями с красивыми сложными узорами. Скандинавские ромбов и д ные клинки из разноцветного кварцита – камня уникальной прочности. Наши северные соседи – скандинавы/викинги – со своим суровым богом
Одином вообще полагали: «Лишишься ножа – лишишься жизни».
По устоявшемуся в российской лингвистике мнению, этимология слова «кинжал» идет от арабского «хандшар». Хотя есть и другие достаточно обоснованные точки зрения на сей предмет. Искренне признаюсь перед читателями: уверенности у меня, как у вашего историка, здесь нет, поэтому не хочу брать грех на душу и деликатно ухожу от сомнительной темы.
В античные и средневековые времена профессия ножовщика почиталась исключительно высоко. Сыновьями ножовщиков были, например, Софокл (496–406 гг. до н.э.) – афинский драматург, канонизированный наряду с Эсхилом и Еврипидом в качестве одного из величайших трагических поэтов классической древности. И Демосфен (384–322 гг. до н.э.) – знаменитый оратор Афин и Древней Греции. Оба гордились своим «социальным происхождением». В Ватикане в Galeria lapidaria сохранилось мозаичное изображение мастерской ножовщика.
Интересный факт из истории мировой экономики: в средневековой Европе профессия ножовщика резко отделилась от столь близкой ей, казалось бы, профессии оружейника.
Под влиянием сарацин (так европейцы называли арабских магометан), великолепных ножовщиков, а затем испанцев и итальянцев, также искусных мастеров своего дела, остальные западные европейские ножовщики стали считать себя своего рода элитным кланом мастеров. Поэтому изготовлением банальных мечей, шпаг, рапир и т.д. они уже принципиально не занимались.
В «Кузнеце мира» к началу XVII века центром производства ножевых изделий стал город Шеффилд. Отличные ножи мастерили англичане! Как интимно поведал граф Монте-Кристо (герой одноименного романа А. Дюма-отца) ошеломленному гостю своей сказочной пещеры, шеффилдским охотничьим ножом он легко перерубил ятаган самого тунисского бея! И ныне шеффилдский нож – гарантия высшего качества режущего инструмента.
Вошла в поговорку и немецкая «крупповская» сталь, ножи из нее всегда отличались исключительно высоким качеством. Центром их производства стал Золинген, по традиции именуемый «городом лезвий». Мировую известность получили ножи из Эскильстуны – города в центральной части Швеции. Ну и, разумеется, наши ножи из Златоуста.
Помнится, герои любимой в детстве приключенческой литературы обязательно ловко дрались навахами – большими испанскими складными ножами. В средневековой Испании королевский закон запретил простолюдинам владеть длинными боевыми ножами, как у дворян. Поэтому горячие пиренейские драчуны и изобрели наваху – нож с формой клинка со скосом обуха, фиксатором в виде пружины, характерным изгибом рукоятки на конце. С Пиренеи-то наваха начала свое бедовое шествие по тавернам, кабакам, притонам всего белого света. Шествие продолжается, увы, и поныне. Но не хочу бросить тень на симпатичный испанский народ. «Тот хирург хорош, кто крепко держит нож», – гласит его умная пословица.
Как не вспомнить и длинный, тяжелый латиноамериканский нож мачете, используемый главным образом для уборки сахарного тростника. Мы в семье бережно храним и любим показывать гостям мачете – подарок самого Фиделя Кастро!
Столовые ножи современного вида вошли в Европе в употребление лишь в начале XVII века, заменив повсеместно использовавшиеся при еде складные ножи. Изобретение последних в исторических источниках приписывается некоему немцу по имени Яков из города Люттиха. Вопрос этот, однако, темный и спорный, не стоит вводить читателей в смущение. Вряд ли мы когда-нибудь докопаемся до исторической истины в последней инстанции.
* * *
В матушке-Руси «ножевое мастерство» от века было и остается на высшем мировом уровне. Ножи россияне исстари уважали и делать их умели отменно! Советую любезным читателям посетить Кремлевскую Оружейную палату. Там вы полюбуетесь на прекрасные ножи с богатой отделкой: клинок с надписью «лъта 1474», «кленик муромский» из имущества Ивана IV (1582 г.) и многие другие. Истинные произведения искусства!
По назначению ножи подразделялись на Руси на поясные, подсайдачные (сайдак – комплект стрелкового оружия всадника, включавший лук и колчан со стрелами) и засапожные.
Поясные были короткими, с двумя лезвиями; подсайдачные – широкими и длинными, с одним лезвием, выгнутым в конце; засапожные – с кривым «шляком» (так тогда называли лезвие). По месту изготовления в старые славянские времена ножи делились на бухарские, литовские, турецкие и угорские.
Россияне нередко использовали обычный нож в качестве боевого оружия. Про осаду
татарами города Козельска в 1288 г. в летописи говорится: «Козляне ножами ръзахусясъ ними». Про казанский поход Ивана IV: «… Цареви воини …ножами ръзались». Несколько слов о ножнах. Их мастерили из железа и дерева, украшали золотом, серебром, бархатом, инкрустировали драгоценными камнями. Кинжалы в таких великолепных ножнах у некоторых народов стали неотъемлемой частью национальных костюмов.
Стереотип «классического» одеяния дагестанца, например, немыслим без пояса с кинжалом, сработанным кубачинским мастером. (Село Кубачи в горном Дагестане – центр поразительного по художественному уровню ювелирного дела). Понятно расстройство лермонтовского Печорина в «Герое нашего времени»: у него «честные контрабандисты» украли дагестанский кинжал – подарок приятеля. Согласно столь надежному источнику, как дореволюционный энциклопедический словарь «Брокгауза и Эфрона», от режущего инструмента на Руси в первую очередь требовалось, чтобы он «хорошо держал лезвие».
Затачивался, не скоро тупился в работе. А эти качества обуславливались качеством стали и ее закалкой.
Еще Аристотель писал, что лучшее холодное оружие, а также ножи, изготовляли из булата – литой углеродистой стали со своеобразной структурой и узорчатой поверхностью, с исключительной упругостью и твердостью. Булатный нож легко рассекал брошенный в воздух платок из тончайшей ткани. Лучшую в мире булатную сталь – дамасскую – делали в Сирии, и рецепт стали мастера из поколения в поколение хранили в строжайшей тайне.
В средние века его утратили. Раскрыл секрет дамасской стали русский металлург П.П. Аносов (1799–1851 гг.), работавший в Златоусте. Именно в Златоусте возродилось производство знаменитого булата.
На центральной площади города металлургу установлен памятник. В Москве в районе Перово есть улица Аносова. Вспомним, друзья читатели, Павла Петровича добрым словом!
* * *
Справедливо говорят англичане: «Один и тот же нож режет хлеб и пальцы». Из воспоминаний арбатской окуджавской юности вашего автора всплывает в памяти ныне прочно забытое в Белокаменной слово «пука» (от финского «пуукко» – нож). Речь идет о мрачно легендарной в народе финке. Так именовали на Руси вообще все ножи с прямым клинком и скосом обуха («щучкой»), а собственно место изготовления значения не имело.
Стереотип лихого парня тех времен – по-нынешнему, «круче вареных яиц», – долго оставался незатейливым: «Когда я был мальчишкой, носил я брюки клеш, соломенную шляпу и длинный финский нож». Да, уж…
В российском фольклоре, песенном и другом народном творчестве, пресловутый финский нож занял столь великое место, что писать-то о нем, поверьте, тошно. Достаточно припомнить песню любимого В.Высоцкого об озверевшем от ревности уголовнике, в руках которого при встрече с коварной возлюбленной и ее новым кавалером «сталь ножа зловеще заблестела». Сталь той самой «пуки».
Или неизменно популярную в российской глубинке песню о «чубчике кучерявом». Из нее, правда, непонятно почему, но прежние и современные исполнители выбросили ключевую фразу, собственно, и определяющую сюжетную коллизию: «Из-за бабы – лживой и лукавой – в бок всадил товарищу я нож». Сиречь, тривиальную финку. Наконец, есенинские строки из «Письма матери» (1924 г.): «…И тебе в вечернем синем мраке Часто видится одно и то ж: Будто кто-то мне в кабацкой драке Саданул под сердце финский нож…» В. Высоцкий вспоминал в песне, как после той войны на стройках немецкие пленные, голодные, но мастеровитые, для пропитания меняли у москвичей на хлеб ножики своего изготовления, – «по рукоятки легкие, трехцветные, наборные».
Прекрасно помню эти отличные финки; моя семья жила в подмосковном поселке, построенном военнопленными фашистами. Однако развивать грустно-уголовную историческую тему ножа что-то нет настроения.
Лучше поговорим о пословицах и народных приметах, связанных с ножом, – тема более приятная. Великое их множество гуляет по белому свету. Например: «Нож в пути товарищ», «Лизать нож – перерезать язык», «Что беснующемуся нож в руки, то лукавому – власть». Вот верная русская примета : если нож со стола упал – ждите гостя, если же ложка или вилка – то гостью. Стократ по жизни проверял – точно сбывается, поверьте! Нож другу не дарите, иначе с ним поссоритесь.
Пусть он даст вам за него монетку, получится символическая «покупка», и все в порядке.
* * *
О современных ножах можно писать десятки статей, толстые книги, диссертации, но тему не охватишь. Ой, широка их номенклатура!
Начиная от таких незатейливых, но исстари верно служащих трудовому народу, как консервные и столовые, и кончая «стропорезами» для разрезания строп, ремней, канатов, веревок, сетей. Поэтому не стану утомлять читателя, буду краток.
Напомню лишь, что по назначению ножи классифицируются так:
1) оружие (штыки, тесаки, боевые, метательные);
2) для туризма, охоты, рыболовства (чистка рыбы, разделка шкур);
3) универсальные (для повседневного ношения, складные с большим количеством инструментов, канцелярские);
4) кухонные, столовые, прочие.
Это, естественно, лишь самая общая классификация. Если читателю интересно, готов вернуться к теме современного ножа в отдельной развернутой статье.
До встречи, друзья, в следующем номере нашего журнала с историей отвертки, клещей и напильника. Она также куда как интересна.